О рассказе Д.Сэлинджера «Хорошо ловится рыбка бананка»

Дата: 12.01.2016

		

Вадим Руднев

«Хорошо
ловится рыбка бананка» — рассказ американского писателя Джерома Сэлинджера
(1948).

Эта
новелла представляет собой загадку как в плане ее построения, так и в плане
содержания, смысла. Новелла Сэлинджера плохо вмещается в рамки модернизма — в
ней нет неомифологической (см. неомифологизм) подсветки, стиль ее прост, а
сюжет, с одной стороны, тривиален, а с другой — абсурден. Последнее слово — абсурд
— отчасти сразу приводит к разгадке: новелла, как и все творчество Сэлинджера,
проникнута духом дзэнского мышления .

Напомним
вкратце сюжет новеллы. В первой части молодая женщина Мюриэль по междугородному
телефону обсуждает с матерью странности своего мужа. Суть разговора в том, что
мать страшно волнуется за судьбу дочери, уехавшей провести медовый месяц во
Флориду. По ее мнению, с мужем Мюриэль, Симором, не все в порядке. У него явно
не все дома, его выходки в доме тещи были более чем странны. Например, когда
бабушка заговорила о своей смерти, он подробно рассказал ей, как, по его
мнению, надо устроить ее похороны. Он подарил жене книгу на немецком языке (!)
— это через два года после того, как американцы разгромили фашистскую Германию.
Он что-то сделал (не говорится, что именно) с цветной подушечкой.

Но
дочь успокаивает мамашу: все хорошо, Симор загорает на пляже, а первые два
вечера в фойе гостиницы играл на рояле. Правда, на пляже он загорает, надев
теплый халат, но это чтобы не видели его татуировки (которой, впрочем, у него
нет).

Следующий
эпизод переносит читателя на пляж, где Симор общается с трехлетней девочкой
Сибиллой и рассказывает ей довольно бессмысленную, на первый взгляд, историю
про рыбку бананку, которая забралась в банановую пещеру под водой, объелась
бананов и умерла.

Потом
Симор поднимается к себе в номер, в присутствии задремавшей на солнце молодой
жены достает из чемодана, из-под груды рубашек, револьвер и пускает себе пулю в
лоб.

Поверхностное
прочтение этой истории, вероятно, такое, которое предложила бы теща героя.
Симор — вернувшийся с фронта с расшатанными нервами, вообще очень странный, не
в меру начитанный — разочаровался в обычной (прямо скажем, довольно пошлой)
жене и под воздействием минуты и по контрасту с общением с невинным ребенком
совершил непоправимое. Но это самое поверхностное прочтение, которое ничего не
объясняет.

Средневековый
трактат индийского теоретика литературы Анандавардханы «Свет дхвани»
говорит о том, что у каждого произведения искусства есть явный и скрытый, по
словам автора проявленный и непроявленный, смыслы. В новелле Сэлинджера как
минимум два непроявленных смысла. Первый — психоаналитический (см. психоанализ:
ср. междисциплинарные исследовании). Для того чтобы попытаться проникнуть в
этот смысл, следует подключить технику мотивного анализа . Перед тем как
попасть в номер, Симор едет в лифте, где с ним приключается с позиций здравого
смысла абсурдный эпизод, который портит ему настроение. В лифте с ним едет
какая-то незнакомая женщина, и между ними происходит следующий диалог:

«-
Я вижу, вы смотрите на мои ноги, — сказал он, когда лифт поднимался.


Простите, не расслышала, — сказала женщина.


Я сказал: вижу, вы смотрите на мои ноги.


Простите, но я смотрела на пол! — сказала женщина и отвернулась к дверцам
лифта.


Хотите смотреть мне на ноги, так и говорите, — сказал молодой человек. — Зачем
это вечное притворство, черт возьми?


Выпустите меня, пожалуйста! — торопливо сказала женщина лифтерше.

Двери
лифта открылись, и женщина вышла, не оглядываясь.


Ноги у меня совершенно нормальные, не вижу никакой причины, чтобы так на них
глазеть, — сказал молодой человек» (здесь и далее в цитатах курсив мой. —
В. Р.).

Надо
сказать, что, прочитав рассказ заново после этого эпизода, обращаешь внимание
на то, что мотив ног в нем является поистине навязчивым — в коротком рассказе
это слово встречается около двадцати раз, особенно во втором эпизоде, когда
Симор играет с трехлетней Сибиллой:

«По
дороге она остановилась, брыкнула ножкой мокрый, развалившийся дворец из песка.

…сказала
Сибилла, подкидывая ножкой песок.


Только не мне в глаза, крошка! — сказал юноша, придерживая Сибиллину ножку.

…Он
протянул руки и обхватил Сибиллины щиколотки

Он
выпустил ее ножки.

Он
взял в руки Сибиллины щиколотки и нажал вниз

…Юноша
вдруг схватил мокрую ножку — — она свисала с плотика — и поцеловал пятку».

Тут
психоаналитик должен просто взвизгнуть от удовольствия. Все ясно. Ведь ноги —
это субститут половых органов. Симор не удовлетворен интимными отношениями с
женой (недаром в начале рассказа упоминается статейка в журнальчике,
назывзющаяся «Секс: или радость, или ад»), он довольствуется
латентным сексом с маленькой девочкой. Рассказ о рыбке бананке тоже становится
понятен. Банан — явный фаллический символ. Рассказ о бананке — это притча о
сексе, который чреват смертью, об эросе/танатосе (см. также тело). Поэтому и
самоубийетво вполне логично.

Третий
непроявленный смысл — дзэнский. Дело в том, что рассказ «Х. л. р. б.»
входит не только в знаменитый цикл «Девять рассказов», но и в контекст
повестей о семействе Гласс. Из содержания этих повестей явствует, что Симор был
гениальным ребенком, в семь лет понимавшим философию и рассуждавшим как
взрослый человек, что он был поэтом, писавшим восточные стихи, серьезно
увлекался восточными философиями, и в частности дзэном, и обсуждал все это с
Мюриэль, невестой, а потом женой, и отношения у них были прекрасными (повесть
«Выше стропила, плотники»).

Брат
Симора Бадди, его «агиограф», сравнивает его с восточным мудрецом,
который увидел вороного жеребца в гнедой кобыле. И Симор видит мир не так, как
другие. Например, он восхищается синим купальником Сибиллы, хотя на самом деле
он желтый, просто потому, что это его любимый цвет.

Рассуждения
и поступки братьев и сестер Гласс проникнуты дззнским мышлением, которое, в
частности, отрицает важность противопоставления жизни и смерти и учит, что если
человека осенило просветление, от которого он хочет убить себя, то пусть себе
убивает на здоровье. То есть в таком понимании мира и субъекта смерть — это вообще
не трагедия. Можно убить себя от полноты жизни, не оттого, что все плохо, как в
европейской традиции, но оттого, что все хорошо «и чтобы было еще
лучше» (пользуясь выражением современного русского философа и знатока
восточных традиций А. М. Пятигорского).

Вероятно,
чтобы понять рассказ наиболее адекватно (ср. принцип дополнительности), нужно
иметь в виду все эти три его интерпретации. При этом самая примитивная
житейская интерпретация ничем не хуже самой эзотерической (ср. деконструкция,
постмодернизм).

Список литературы

Судзуки
Д. Основы дзэн-буддизма. — Бишкек, 1993.

Пятигорский
А. М. Некоторые общие замечания о мифологии

с
точки зрения психолога // Учен. зап. Тартуского ун-та,

1965.
— Вып. 181.

Рудыев
В. П. Тема ног в культуре // Сб. статей памяти П. А.

Руднева.
— СПб, 1997 (в печати).

Гаспаров
Б. М. Литературные лейтмотивы. — М., 1995.

Метки:
Автор: 

Опубликовать комментарий