Аграрный вопрос в истории России: прошлое и современность

Дата: 12.01.2016

		

Тема № 8.
Аграрный вопрос в истории России: прошлое и современность

План:

Введение. 2

1. Становление аграрных отношений в
Древней Руси. 3

2. Аграрные отношения в историческом
развитии России. 7

3. Аграрный вопрос в современности. 13

Заключение. 15

Литература. 16

Введение

Аграрный сектор, сельское хозяйство в экономике любой страны занимает
особое место. Специфичность роли, отведенной сельскому хозяйству,
обуславливается производством продуктов питания как основы жизнедея­тельности
людей и воспроизводства рабочей силы, про­изводством сырья для многих видов
непроизводственных потребительских товаров и продукции производственного
назначения. То есть, по существу, уровень развития сельского хозяйства во
многом определяет уровень эко­номической безопасности страны.

Россия традиционно считалась и считается аграрной страной. По разным
оценкам доля населения, занятого в сельском хозяйстве в начале века, достигала
80 процен­тов. (Кстати, в такой стране, как США до начала бурно­го развития
промышленного производства в фермерских хозяйствах работало более половины
населения.) К настоящему времени процент занятых в российском сель­ском
хозяйстве существенно снизился — до 15 процентов всего трудоспособного населения.
Здесь сыграли роль два фактора — во-первых, курс на индустриализацию
(ускоренное развитие промышленного сектора экономи­ки), объявленный в качестве
государственной политики в конце 20-х гг. и связанный с ним отток
трудоспособного населения в более высокооплачиваемые и перспективные отрасли, а
во-вторых, повышением производительности труда вследствие внедрения в
сельскохозяйственное про­изводство достижений научно-технического прогресса. В
недавнем прошлом принято было сравнивать производи­тельность труда
сельскохозяйственных рабочих в разви­тых странах Запада (в первую очередь, США)
и колхоз­ников в России. На основе сравнения делался вывод, что эффективность
аграрного сектора в нашей стране при­мерно вчетверо ниже эффективности
аналогичного секто­ра в западных странах.

1. Становление
аграрных отношений в Древней Руси

Основ­ным занятием населения Киевской Руси оставалось зем­леделие. В
Древнерусском государстве оно сделало за­метный шаг вперед. Значительно
улучшились орудия обработки почвы. Уровень их развития всегда определя­ет
состояние земледельческого производства. При рас­копках славянских поселений
эпохи Киевской Руси най­дено много металлических рабочих наконечников пахот­ных
орудий. По-прежнему в древнерусской деревне главными пахотными орудиями были
рало, плуг и соха. Но если раньше основным пахотным орудием служило
узколопатное рало, то в период Киевской Руси совер­шился переход к широколопатному
рал[1]у,
что имело серьезное значение для дальнейшего развития земле­делия.

Узколопатный наральник, резавший почву под ост­рым углом, лишь разрыхлял
грунт сверху, делая узкую борозду и оставляя в нижнем слое почвы невспаханные
полосы. Поэтому требовалась еще повторная поперечная вспашка. Широколопатный
наральник подрезывал поч­ву горизонтально, борозда была более широкой, при этом
подрезывались корни бурьянов; поперечной вспаш­ки уже не требовалось. Таким
образом, с применением этого наральника производительность труда в сельском
хозяйстве значительно повысилась.

Еще больше ускоряло и улучшало обработку почвы применение плуга. Плуг не
только глубже подрезывал, но и переворачивал слой земли, что облегчало проник­новение
воздуха и тепла в почву, способствовало сохра­нению в ней влаги; он лучше, чем
рало, подрезывал и уничтожал сорняки. Однако плуг был гораздо менее, чем рало,
доступен для крестьян. Его изготовление было под силу только
специалистам-ремесленникам; к тому же для него требовалось гораздо больше
дорогого в те времена металла. Для вспашки плугом нужно было и больше рабочего
скота — не менее двух пар волов или лошадей.

В эпоху Киевской Руси была серьезно усовершенст­вована соха.
Приблизительно с X в. появилась
двузубая соха с асимметричными сошниками. Это давало возмож­ность подрезать
слой почвы и одновременно вертикаль­но отрезать его от пахотного поля, т. е.
расширять бо­розду без возрастания сопротивления грунта. Таким образом, и в
земледелии лесных районов росла произ­водительность труда.

Возникновение двупольной и трехпольной систем земледелия. Наряду с
новыми, более совершенными орудиями еще очень долгое время применялись преж­ние
примитивные пахотные и ручные орудия — узколо-патное рало, однозубая соха,
мотыга и заступ. Тем не менее новые орудия обусловили усовершенствование
системы земледелия. Сфера применения подсечно-огневой и переложной систем
сократилась. Широкое приме­нение широколопатного рала давало возможность улуч­шать
качество обработки почвы и сокращать сроки ее «отдыха». Из переложной системы
постепенно возникло двуполье.

При двупольной системе земля делилась на две час­ти: одна засевалась,
другая тем временем отдыхала. Посевная площадь значительно расширилась; произво­дительность
труда выросла, так как после «отдыха» по­ле значительно легче вспахивалось, чем
после длитель­ного перелога; урожайность стала большей.

Применение плуга привело к возникновению еще бо­лее производительной трехпольной
системы земледелия, при-которой пашня делится на три части: яровое — ози­мое—
пар. Следовательно, полезная площадь возраста­ет с ]/2 до 2
земли. Однако сравнительно широко трех­польная система начала применяться лишь
в XIII— XIV вв. Главными культурами древнерусского земледе­лия
были рожь, яровая и озимая пшеница, овес, ячмень, просо, горох, чечевица, вика,
бобы, конопля, лен; из огородных растений — лук, чеснок, мак, капуста, огур­цы,
свекла, арбузы, хмель; из садовых — яблони, груши, вишни. Киевская Русь стояла
на том же уровне разви­тия сельскохозяйственной техники и системы земледе­лия,
что и современные ей страны Западной Европы.

Однако в целом агротехнический уровень земледелия не был еще достаточным,
чтобы сделать эту отрасль хозяйства устойчивой. Как и в Западной Европе,
неурожайные годы в различных местах Руси в XI—XII вв. позже в
первой трети XIII в. были очень частым явле­нием. Это
приводило к массовым голодовкам и вымиранию населения.

Другие отрасли сельского хозяйства Киевской Руси но­сили вспомогательный
характер и не имели серьезного значения. Скотоводство, дававшее предметы
потребле­ния и тягловую силу — волов, развивалось медленнее, чем земледелие.
Это же нужно сказать и о коневодстве. Большие табуны лошадей и стада крупного
рогатого ско­та были сосредоточены главным образом в феодальных вотчинах.
Смерды испытывали постоянный недостаток в домашнем, а особенно рабочем скоте.
Это усиливало за­висимость их от феодалов.

Охота, бортничество и рыболовство еще не потеряли своего значения,
особенно на севере, где эти промыслы восполняли недостаток плодородных почв.
Дорогие меха куниц, выдр, бобров, соболей, лисиц, а также мед и воск являлись
основными предметами экспорта Киев­ского государства.

Хозяйственно-политическая раздробленность страны является закономерным
этапом развития феодального способа производства. В условиях: раздробленности
происходил дальнейший рост производительных сил страны, развивались
товарно-денежные отношения и та­ким образом складывались предпосылки для
образова­ния единого рынка. Экономическое сближение отдель­ных областей страны
в свою очередь создавало условия для последующего политического ее объединения.

Феодальная раздробленность неизбежно ослабляла страну перед лицом
возросшей в этот период внешней опасности. Вот почему русские княжества, не­смотря
на героическое сопротивление народа, были в 30—40-х годах XIII в. завоеваны монголами, до этого уже
подчинившими себе значительную часть Азии. Татаро-монгольское иго тяготело над
Русью два с полови­ной столетия. Оно сопровождалось огромными челове­ческими
жертвами, разрушением городов, безжалост­ным уничтожением и грабежом материальных
ценнос­тей. Татаро-монгольские ханы уничтожали или угоняли в Золотую Орду
ремесленников, налагали на русское население тяжелую поголовную дань,
многочисленные поборы и пошлины («тямга», «мьп» и др.). Татары уста­новили
режим систематического террора, орудием кото­рого были грабежи и массовые
убийства.

Все это подорвало хозяйство и задержало экономи­ческое развитие страны. В
результате татаро-мон­гольского нашествия Русь серьезно отставала в своем
экономическом развитии от стран Западной Европы.

Татаро-монгольское нашествие задержало про­гресс земледелия на Руси,
опустошив плодородные юж­ные районы страны и вызвав необходимость развивать
хозяйственную деятельность в новых районах, менее благоприятных в природном
отношении.         

В период феодальной раздробленности центр хозяй­ственной, а затем
политической жизни государства пе­реместился из Приднепровья на северо-восток,
в Волго-Окское междуречье. Густые леса прикрывали этот район от
татаро-монгольских набегов. Поэтому сюда пере­селилось много трудового
населения из южных районов Руси, что способствовало подъему производительных
сил северо-восточных русских земель. Вместе с корен­ными жителями этих мест —
потомками славянского племени вятичей — переселенцы отвоевали у леса и ос­воили
новые земельные массивы.

2. Аграрные
отношения в историческом развитии России

В XIV—XV вв. пашенное земледелие продвигается довольно далеко на
север, подсечная и переложная си­стемы земледелия постепенно вытесняются
двупольем, а затем и трехпольем. Главным орудием обработки земли служила
двузубая соха с железным наконечником. При­менялся и плуг, но значительно реже,
так как у крестьян не хватало тягла. Господство двуполья и применение местами
трехполья способствовало повышению урожай­ности, однако последняя еще не
превышала сам-четыре, т. е. сбор превосходил посеянное не более чем в 4 раза[2].

Важной отраслью сельского хозяйства в XIV—XV вв.
стало скотоводство, снабжавшее земледелие тягловой силой и органическими
удобрениями. Сохранили свое значение и старые промыслы — охота, рыболовство. На­ряду
с бортничеством развивалось и пасечное пчеловод­ство. Таким образом,
подорванное монгольским завое­ванием сельское хозяйство Руси трудом народных
масс начало двигаться вперед.

Во второй половине XV—XVII вв. ведущей отраслью экономики
России, как и раньше, было земледелие. Хотя главным орудием обра­ботки почвы
оставалась соха, продуктивность земледе­лия значительно повысилась. Это
объясняется широким распространением трехполья и применением естественных
удобрений. Возросли валовые сборы хлебов; широкое распространение получили
огородные культуры.

В XVI в. и особенно в XVII в. уже заметна специа­лизация
основных сельскохозяйственных районов. Чер­ноземный центр и Среднее Поволжье
производят в ос­новном хлеб, западные и северо-западные районы начи­нают
специализироваться на производстве технических культур—льна и конопли. Хлеб
постепенно стал основ­ным товарным продуктом сельского хозяйства, разви­вается
внутренний рынок.

Одновременно происходит рост феодального земле­владения. Для удержания в
повиновении народных масс, борьбы с сепаратизмом крупных феодалов и внешними
врагами централизованное государство нуждалось в соз­дании сильного войска.
Поэтому с конца XVI в. получа­ет
большое развитие поместная система. Подчиняя круп­ных феодалов, князей и бояр,
цари (так стали имено­ваться с конца XV в. московские великие князья) конфискуют у них вотчины, делят их на
более мелкие участки, которые раздают как поместья служилым лю­дям. Так, после
присоединения Новгорода царь Иван III осуществил массовый «вывод» новгородских бояр из их владений и
«испоместил», т. е. наделил поместья, в нов­городской земле около тысячи своих
дворян. Особенно много земель и крестьян раздал дворянству в XVI в,

царь Иван IV, сломивший   
экономическую и политиче­скую мощь крупных феодалов.

В XVI в. дворянское поместье стало уже
самым рас­пространенным видом землевладения в стране. Стремясь доказать
«ненормальный» ход исторического процесса в России, американские историки
Коулборн, Шефтель[3]
и другие утверждают, будто Московское государство, как и Киевская Русь,
представляло собой «отклонение» от нор­мального развития феодализма.
«Доказательства» они усматривают в развитии поместной системы, отсутствии
«кодекса рыцарства» и т. п., изображая дело так, что якобы царизм закрепостил
все сословия — и крестьян, и феодалов.

В действительности условное землевладение является одним из ярких
признаков феодальной экономики, а рус­ское централизованное государство на всех
стадиях свое­го существования выражало интересы помещиков — сво­ей
социально-политической опоры. Вводя условные фор­мы землевладения,
обязательность феодальной службы, ограничивая самостоятельность феодалов, оно
делало это в интересах всего феодального класса.

Рост помест­ной системы, происходивший в условиях развивающихся
товарно-денежных отношений, имел тяжелые последст­вия для крестьянства. Если
крупные вотчинники, имев­шие тысячи крестьян, могли довольствоваться натураль­ным
и денежным оброком, который получает в этот период все большее распространение,
то помещики, владения которых были сравнительно невелики, стремились выжать из
зависимых крестьян максимум возможного и потому все шире внедряли барщину —
самую тяжелую форму феодальной эксплуатации.

Следствием этого явилось усиление личной зависи­мости крестьянина от
землевладельца, прикрепление кре­стьянина к земле. Централизованное феодальное
госу­дарство, обеспечивая помещиков рабочей силой, осу­ществило в XV—XVII вв. ряд важных мероприятий, с целью полного
закрепощения крестьян. Начало юриди­ческому оформлению крепостного права было
положено изданием в 1497 г. «Судебника»[4].

В первой половине XVIII
в. был достигнут некоторый прогресс и в развитии сельского хозяйства. Центр
русского земледелия перемещается из малоплодо­родных северо-восточных областей
в черноземную зону России. Трехпольная система распространяется на окра­ины
страны. Более отчетливо проявляется специализация отдельных экономических
районов. Все это повлекло за собой значительный рост продуктивности земледелия
в стране. Несколько шагнула вперед и техника земледе­лия. Распространяется
уборка хлеба косами (вместо сер­пов), шире применяются плуг, органические
удобрения. Расширились посевы ячменя, пшеницы и гречихи. Прави­тельство
стимулировало увеличение производства техни­ческих культур (льна, конопли и
др.).

Под особым попечением правительства находилось скотоводство (в первую
очередь овцеводство и коневод­ство), так как суконные мануфактуры нуждались в
сырье, а армия — в лошадях. Однако все эти прогрессивные яв­ления имели место в
основном в помещичьих хозяйствах. Крестьянское хозяйство, обремененное
многочисленными феодальными повинностями, по-прежнему носило рутин­ный характер
и едва было в состоянии обеспечить про­стое воспроизводство. Прогресс в
сельскохозяйственном производстве был достигнут за счет усиления эксплуата­ции
крепостного крестьянства.

Укрепление и расширение дворянского землевладения и крепостни­чества было
одним из отправных пунктов всей экономи­ческой политики правительства Петра I. Указом 1714 г. о единонаследии два
вида феодального землевладения — вотчина и поместье — были слиты в один, при
этом за­прещено было дробление имений. Только за первую поло­вину царствования
Петра I дворянам было роздано огром­ное
количество земель и около 175 тыс. крестьян. Даль­нейшее развитие
товарно-денежных отношений приводило к увеличению феодальных повинностей
крестьян. В се­верных и северо-восточных районах страны все более преобладала
денежная рента, в центральных районах — барщина. Однако в это время четкого
разделения на бар­щинные и оброчные районы еще не существовало.

Эксплуатация крестьян помещиками принимала не­виданные размеры. «Твои
бояре и князья…,— писали крестьяне в одной из челобитных Петру I,— яко львы, челюстями своими
пожирают нас…». Крайне обремени­тельны для крестьян были и различные
государственные повинности, подати и рекрутские наборы. В окраинных районах
государства собиралась масса беглых крестьян. Происходили грозные
антифеодальные восстания. Са­мым крупным из них в первой половине XVIII в. было народное восстание под
руководством Кондратия Булавина, охватившее в 1707—1708гг. Дон, Среднее
Поволжье и Слободскую Украину.

Во второй половине XVIII
в. в связи с ростом городов и ма­нуфактур расширилась емкость рынка
сельскохозяйст­венных продуктов как внутри страны, так и за границей, особенно
в Англии, где начался промышленный пере­ворот. Обладая выходом к морю, Россия
получила воз­можность вывозить в огромных количествах сельскохо­зяйственную
продукцию. Это способствовало росту про­изводительных сил и повышению
товарности сельского хозяйства. Сельскохозяйственное производство увеличи­валось
как экстенсивными методами — путем дальнейше­го расширения посевных площадей,
распахивания новых земель на юге и востоке, так и интенсивными — в резуль­тате
более широкого применения плуга и удобрений, рас­ширения посевов пшеницы,
технических культур и т. д. Некоторые помещики для повышения товарности, а
значит, и доходности своих хозяйств пытались вводить агротехнические улучшения.
Однако товарность сельско­го хозяйства росла медленно, так как подлинно интен­сивное
сельское хозяйство несовместимо с крепостным трудом. В этот период происходит
хозяйственное освое­ние обширных степных районов Украины — Новороссии.
Происходит колонизация южных степей государствен­ными крестьянами, беглыми
крепостными, а также ино­странными колонистами. За счет пожалования Екатери­ны II здесь создавались и крупные
помещичьи имения, куда их владельцы переселили крепостных из России и Украины.
Пшеницу, которую выращивали на южных землях, в больших количествах вывозили за
границу.

В условиях повышающегося спроса на продукты сельского хозяйства росли
площади помещичьего земле­владения и контингент, крепостных. В 1783 г. на Лево­бережной
Украине был запрещен переход крестьян. Этот запрет был распространен на юг
Украины, на Дон- и Кавказскую губернию. В 80-х годах крепостные поме­щичьи
крестьяне в России составляли 53% общего числа крестьян. Большая часть земли и
крестьян перешла к крупнейшим помещикам. У графа Шереметьева, на­пример, было
600 тыс. десятин земли и 200 тыс. крепост­ных. Власть помещиков над крестьянами
усилилась до невиданных размеров. Помещики получили право ссы­лать крепостных в
Сибирь на каторгу, сдавать вне оче­реди в рекруты. Крестьянам было запрещено
жаловаться на своих владельцев.

После рефор­мы 1861 года крестьяне ежегодно платили государству не менее
89 млн. руб. золотом. В интересах помещиков был сохра­нен феодальный порядок
исчисления налогов «с души», без учета величины доходов и количества земли, как
этого требует буржуазное хозяйство. В результате из всей суммы налогов,
взимавшихся с сельского хозяйства в пореформенный период, 94% платили
крестьяне, а по­мещики — всего 6%.

В 90-х годах процесс расслоения крестьянства еще более усилился. В этом
большую роль сыграло падение цен на сельскохозяйственные продукты в 80—90-х
годах. В условиях низких цен на продукцию могли выстоять лишь крупные кулацкие
хозяйства, а мелкотоварные хо­зяйства крестьян разорялись. Лишь за 1896—1900
гг. число безлошадных и однолошадных дворов возросло с 5,6 до 6,6 млн. (из
общего количества 11,1 млн. кресть­янских дворов). Это означало, что от 24 до
30 млн. крестьян влачили нищенское, полуголодное существо­вание.

Беднейшие и середняцкие хозяйства не имели воз­можности приобретать новые
сельскохозяйственные ору­дия, осуществлять какие-либо агротехнические меро­приятия.
Основным орудием в крестьянском хозяйстве оставалась деревянная соха (еще в
1910 г. в России со­хи составляли 43% всех орудий пахоты). Отсюда крайне низкая
урожайность в крестьянских хозяйствах и голо­довки в стране. За последнее десятилетие
XIX в. в Рос­сии было два неурожая и
четыре голодных года. Осо­бенно тяжелым был 1891 г., когда голод охватил более
40 млн. человек. Страшные голодовки, во время которых гибли тысячи людей, были
неизбежным следствием чу­довищной эксплуатации крестьян в царской России. К
концу XIX в. ежегодно покидали деревню и
уходили на заработки 5—6 млн. разорившихся крестьян.

3. Аграрный вопрос в
современности

Вопросы государственного регулирования деятельно­сти агропромышленного комплекса
всегда были в центре внимания российских органов власти — как централь­ной, так
и на местах. До 1917 года это обуславливалось тем, что Россия была практически
абсолютно аграрной страной (начавшееся в начале века развитие промышлен­ного
капитализма не успело достичь сколько-нибудь зна­чительного уровня). Начиная с
1861 года, времени отмены крепостного права, правительством неоднократно
предпринимались меры, направленные на повышение эффективности сельского
хозяйства.

Первой такой мерой была отмена крепостничества (кстати, что бы там ни
говорили об отсталости России, рабство в США было отменено все-таки позже, а в
нашей стране институт рабства вообще никогда полноценно не существовал). Однако
на первых порах обретение сель­ским товаропроизводителем формальной свободы не
принесло заметных успехов в объемах сельскохозяйст­венной продукции. Причиной
тому было отсутствие средств труда и предметов труда у новых собственников
земли.

В результате в начале века (1908 — 1911 гг.) прави­тельством во главе со
М.А. Столыпиным был предпринят ряд мер по совершенствованию системы сельского
хозяй­ства. В частности, фактически директивным путем было установлено общинное
земледелие. Несмотря на объяв­ленную в тот период государственную поддержку, фи­нансовых
средств в стране было явно недостаточно для материализации этой поддержки в
виде сельскохозяйст­венных кредитов (они использовались, но в объеме, не
позволяющем существенно влиять на ситуацию) или по­ставки на село
материально-производственных ресурсов и необходимых объектов основных средств.

Следующим этапом государственного регулирования сельского хозяйства стала
поддержка коллективных форм хозяйствования. Принято считать, что первые кол­хозы
появились в конце 20-х — начале 30-х гг. Однако это не так. Первые коллективные
формы обобществления сельскохозяйственного труда начали создаваться еще в 1916
году, но при отсутствии мер государственной под­держки эта тенденция
дальнейшего развития не получи­ла. Можно по-всякому относиться к
коллективизации, и, не вызывает сомнения тот факт, что при этом были до­пущены
перегибы и некоторые из свобод личности грубо попирались. Но нельзя не признать
того, что в тот пери­од государственная политика в области развития сель­скохозяйственного
производства была наиболее проду­манной и последовательной — сначала, во второй
поло­вине 20-х гг., была практически заново создана тяжелая и
машиностроительная промышленность, чья продукция смогла впоследствии обеспечить
потребности сельского хозяйства в индустриализации. В послевоенный период была предпринята
беспреце­дентная по масштабам попытка резкого увеличения объе­ма выпускаемой
сельскохозяйственной продукции экстен­сивными методами — посредством освоения
целинных и залежных земель. Сейчас, по прошествии времени, по-видимому, следует
признать, что выбранное направление вряд ли было удачным — существенное
увеличение про­изводства зерна в 1956-57 гг. сменилось не менее резким
снижением урожайности на вновь освоенных землях. В то же время в районах
традиционного развития земле­делия также произошло падение объемов
производства, вызванное оттоком наиболее квалифицированных кадров и большого
количества сельскохозяйственной техники в новые регионы. В 1982 году положение
в сельском хозяйстве страны достигло столь критического уровня, что
потребовалось принятие полномасштабной Продовольственной программы,
предусматривающей развитие всех отраслей агро­промышленного комплекса. Итоги
выполнения програм­мы никто не анализировал — в 1991 году (а срок выпол­нения
программы был установлен на 1990 год) уже было не до этого. Но, как можно
заключить по отрывочным свидетельствам, по некоторым показателям потребления
основных продуктов питания на душу населения плано­вые задания были практически
выполнены.

Заключение

С переходом к рыночной экономике произошел полный пересмотр принципов,
методов и форм государственного вмешательства в агропромыш­ленный комплекс.

Почему-то на государственном уровне было решено, что для создания условий
развития пред­принимательской деятельности в сельском хозяйстве дос­таточно
выполнить два основных мероприятия — объя­вить, что теперь земля принадлежит
крестьянам (на этот раз по-настоящему) и полный отказ от государственного
вмешательства. Второе мероприятие было выполнено сразу и полностью, с первым
возникли проблемы — пра­во свободного распоряжения землей до сих пор законо­дательно
не предусмотрено (хотя, справедливости ради, надо заметить, что крестьяне этим
обстоятельством в мас­се своей не особенно огорчены — заложить землю в ус­ловиях
краха банковской системы вряд ли возможно, а продать некому — у тех, кто может
и хочет землю обра­батывать, денег на ее приобретение нет).

По истечение шести лет очередных коренных преоб­разований в
агропромышленном комплексе стало очевид­ным, что без государственной поддержки
сельское хозяй­ство ни в одной стране (а тем более в стране с континен­тальным
климатом, то есть в условиях рискованного земледелия) существовать не может.
Результатом стало утверждение Федерального закона от 14 июля 1997 г. № 100-ФЗ
«О государственном регулировании агропро­мышленного производства»[5].
Этим законом были установлены правовые основы экономического воздействия
государства на агропромыш­ленное производство.

Литература

1.  
Буржуазная
историография России. Под ред. Стеклова А.Н. 1993, М

2.  
Из истории
Древней Руси. Под ред. Попова Н.А. СПБ, 2003

3.  
Рогалина А.
Аграрные преобразования в России//Вопросы экономики. 2000 № 9

4.  
Тихомиров М.Н.
Сельское хозяйство России. М., 1988

5.  
ФЗ «О
государственном регулировании агропромышленного производства» 1997


[1]
Из истории Древней Руси. Под ред. Попова Н.А. СПБ, 2003, с. 26

[2]
Тихомиров М.Н. Сельское хозяйство России. М., 1988, с. 189

[3]
Буржуазная историография России. Под ред. Стеклова А.Н. 1993, М. с. 48

[4]
Рогалина А. Аграрные преобразования в России//Вопросы экономики. 2000 № 9

[5]
ФЗ «О государственном регулировании агропромышленного производства» 1997

Метки:
Автор: 

Опубликовать комментарий