Философия Карнапа Рудольфа

Дата: 13.02.2016

		

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ
УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО
ОБРАЗОВАНИЯ

«ИВАНОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ
СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ

АКАДЕМИЯ ИМЕНИ АКАДЕМИКА
Д.К.БЕЛЯЕВА»

Кафедра гуманитарных наук

Доклад по философии на тему:

«Философия Карнапа Рудольфа»

Работу выполнил:

студент 2 курса, вет. фак.,8 гр.

Щукова Алёна Викторовна

Иваново 2009г.

Карнап, Рудольф
(родился 18 мая 1891 года) – американский философ и логик, наиболее видный,
наряду с М. Шликом, деятель Венского кружка неопозитивистов, затем один из
лидеров направления так называемой «Философии науки». Преподаватель философии в
Венском университете (с 1926 по 1931), профессор философии Германского
университета в Праге с 1931 по 1935 года. В 1936 был приглашен для чтения
лекций в США, где и остался после захвата Австрии и Чехословакии гитлеровской
Германии. Профессор Чикагского (с 1936 по 1952) и Калифорнийской (с 1954 года)
университетов. Член Американской АН, член Ассоциации символической логики,
Американской ассоциации философии науки и др.

Логические взгляды.
Карнап считает предметом «философии науки» анализ языка естественнонаучных
теорий с целью уточнения (экспликации, по Карнапу) таких понятий, как истина,
смысл, следование, аксиомозируемость (все применительно к естественнонаучным
теориям), закон науки, научное объяснение и предсказание, причинность,
вероятность, подтверждение и опровержение гипотез и т.д. и на этой основе –
исследование научного рассуждения и структуры научных знаний.

Карнап в духе
лейбницевской традиции различает логическую истину (уточнением которой служит
понятие истины в формализованных языках) и фактическую истину( уточнением
которой служит понятие степени подтверждения в индуктивной логике). Критерием
первой является выводимость по законам логики или непосредственно проверка с помощью
семантических правил, устанавливающих смысл применяемых терминов. При этом
«законы логики» понимались Карнапом первоначально в духе выдвинутого им так
называемого «принципа терпимости», согласно которому в основу
естественнонаучной теории может быть положена любая логическая система, если
только ее правила сформулированы содержательно и точно. (впоследствии Карнап по
существу отошел от этого принципа, признавая, что предпочтение одной логической
системе перед другой может быть отдано на основе оценки результатов их
практического применения). Критерием второй является сопоставление с фактами,
сводящееся, так или иначе, к непосредственному наблюдению. Соответственно,
смысл любого высказывания определяется его условием истинности, то есть
возможностью проверки (исчерпывающей или частичной) его истинности. На этом
пути Карнап считает принципиально возможным построить (на основе языка
математики и физики) единый формализованный язык, на который можно было бы
перевести любую научную теорию, выявляя тем самым ее структуру и отношение к
другим теориям. Программа построения этого «унифицированного языка науки» и
некоторые результаты работы в этом направлении изложены в «Энциклопедии
унифицированной науки», одним из редакторов и авторов которой был Карнап.

В логической эволюции
Карнапа выделяют три этапа.

— Первый этап (до нач.
30-ых гг.) характеризуется активным участием в Венском кружке и в разработке
идей логического эмпиризма. Его взгляды в этот период, сформировавшиеся под
сильным влиянием Витгенштейна, представляют собой своеобразное сочетание
рассмотрения философских проблем в духе традиционного эмпиризма с методами,
присущими рационализму, причем использующему все достижения в развитии логики.
Наиболее ярким примером вышеуказанного является его книга «Логическая
конструкция мира», где, используя новые методы логики, Карнап пытался раскрыть
логическую структуру процесса создания картины мира у отдельной познающей
личности, исходящей от своих « непосредственных данных», то есть восприятий. В
ряде работ этого периода Карнап начинает применять аппарат математической
логики к анализу понятий и аксиоматизации отдельных теорий в конкретных науках
(арифметика, геометрия и лингвистика). Начиная с 1934 Карнап уделяет основное
внимание разработке специально логических вопросов.

-Второй период развития
его идей можно назвать «синтаксическим» (до 1936). В 1934 в работе «Логический
синтаксис языка» Карнап обстоятельно рассматривает новейшие результаты в
области логики, полученные после выхода труда «Principia
of mathematica»
Б. Рассела А.Н. Уайтхеда. Карнап излагает теорему о неполноте К.Геделя,
развивает теорию логического синтаксиса, являющуюся частью «металогики»; строит
логический язык, представляющий собой язык расширенного исчисления предикатов с
равенством и с правилом бесконечной индукции. «Язык!!», помимо логических
символов, содержит также постоянные предикаты и функторы, и, по мнению Карнапа
в нем могут быть сформулированы не только все предложения классической
математики, но и все предложения теоретической физики. Таким образом, Карнап
строит свой «Язык!!» как аппарат для логического анализа языка науки. Карнап
выдвигает тезис о том, что логика науки есть синтаксис языка науки. Карнап
сводит на этом этапе развития своих философских взглядов философский анализ
науки к анализу чисто синтаксических связей между предложениями, понятиями и
теориями, отрицая возможность научного обсуждения вопросов, касающихся природы
реальных объектов и их отношения к предложениям языка науки. Карнап также
отстаивает тезис экстенсиональности, согласно которому язык науки является
экстенсиональным, а всякое интенсиональное предложение может быть в него
переведено.

В 1936-1938 Карнап
разрабатывает проблемы, связанные с построением унифицированного языка науки (в
работе «Проверяемость и значение» он дает первый логический анализ понятия
диспозиции и рассматривает вслед за Поппером понятие степени подтверждения). В
связи с этими исследованиями, а также под влиянием работ А.Тарского и Ч.Морриса
Карнап приходит к выводу о недостаточности чисто синтаксического подхода и о
необходимости учитывать при анализе языка науки семантику, то есть отношение
между языком и описываемой им областью предметов. Этим начинается третий,
«семантический» период в творчестве Карнапа. Центральным пунктом исследований Карнапа
в области логической семантики, изложенных в его «Исследованиях по семантике»,
является уточнение понятия значения (смысла) и связанных с ним понятий. При
этом качестве основного метода Карнапа используют построение искусственных
интерпретированных языков, в большей или меньшей степени приближающихся к
естественному языку, для которых и вводятся строгие определения семантических
понятий. В семантике Карнапа(как и в его индуктивной логике) важнейшую роль
играет понятие описания состояния, на основе которого вводятся два возможных
уточнения понятия значения: экстенсионал (аналогичное «объему понятия» или
«значению истинности высказывания») и интенсионал (аналогичное «содержанию
понятия» или «смыслу высказывания»). На этом этапе только он считает принципиально
возможным уже не только перевод любого интенсионального выражения на
экстенсионального языка, но и обратно – перевод с экстенсионального языка на
интенсиональный. Хотя конкретные решения логико-семантических проблем,
предложенные Карнапом в упомянутых работах, подвергались критике, его основные
идеи оказали большое влияние на дальнейшее развитие логической семантики. На
основе своей семантичной теории он 1945-50 строит индуктивную логику как логику
вероятностную, причем рассматривает индуктивную вероятность как чисто
логическое понятие, т.е. как отношение между предложением-гипотезой и
предложением о данных наблюдения. Индуктивная вероятность, по Карнап, является
степенью подтверждения гипотезы. Средствами индуктивной логики Карнап развивает
формализованную теорию индуктивных выводов (и, в частности, выводов по
аналогии). Дальнейшее развитие индуктивная логика получила в работах Дж.
Кемени. В 1953 Карнап совместно с И. Бар-Хиллелом разрабатывает теорию
семантичной информации на базе индуктивной логики. Карнап принадлежат также
работы по семантичной интерпретации и квантификации модельной логики. В своих
последних работах Карнап выдвигает идею формализации прагматики как отдела
семиотики. Ряд результатов, полученных Карнапом, был использован в исследованиях
по кибернетике

Философские взгляды.
Как философ Карнап прошел сложную эволюцию от неопозитивизма Венского кружка к
так называемому «либеральному эмпиризму» представляющему собой противоречивое
соединение прежнего позитивистского отрицания осмысленности учений об
объективной реальности с материалистической тенденцией. Последняя выразилась в
признании независимости вещей и их свойств от логических систем и зависимости
семантических свойств систем от отношений между вещами.

В период Венского
кружка Карнап отстаивал и развивал главнейшие его принципы, а именно:

a. 
сведение
философских проблем вопросам синтаксиса языка;

b. 
истолкование
эмпирической проверки (верификации) как сопоставления предложений с фрагментами
«потока переживаний», состоящих из изучений, представлений и эмоций субъекта;

c. 
конвенционализм
как субъективистское истолкование «принципа терпимости» и физикализм в его
лингвистической интерпретации.

«Конституционная
система» картины мира у отдельного субъекта, которую Карнап попытался построить
в книге «Логическая конструкция мира», привела Карнапа, вследствие непонимания
им критерия практики, к субъективно-идеалистическому выводу, что «все
физические предметы сводимы к психическим» и что в методологическом отношении
вполне приемлем «безличный» солипсизм: «Из cogito
не следует sum; из «Я переживаю» не
следует, что Я есть, но что есть переживание… «Я» есть класс первоначальных
переживаний». Недостижимость интерсубъективности в рамках «конституционной
системы» толкнула Карнапа к решению заменить феноменалистический язык языком о
вещах; в пятой (философской) части книги «Логический синтаксис языка» (1934) на
смену «методическому солипсизму» пришел так называемый «методический
материализм». «….Нашу точку зрения называли часто «позитивистской»; если угодно,
ее можно назвать также «материалистической»». Последняя представляла собой на
деле не более как лингвистическое учение о физикалистском языке как
универсальном языке науки, позитивистский характер которого вновь подчеркивался
тезисом о желательности замены содержательного («материального») варианта
физикалистского модуса речи формальным модусом, то есть совокупностью
предложений, говорящих лишь о логико-синтаксических отношений между терминами.
В этой связи критерием осмысленности философских предложений Карнап счел их
«переводимость в формальный модус».

Главное значение
понятия «анализ языка», которым Карнап оперировал, а этот период, заключалось в
редукции предложений высоких уровней к предложениям низшего (эмпирического)
уровня. Гносеологический аспект проблемы редукции предполагал ответы на вопросы
о соотношении предложений низшего уровня («протокольных предложений») и фактов,
о характере исходного базиса науки и об интерпретации физикализма. Все эти
вопросы были разрешены Карнапом сперва плане лингвистического конвенционализма,
причем в неявной форме его концепция восприняла все метафизические слабости
логического атомизма. В то же время исследования самого Карнапа существенно
помогли прояснению факта несостоятельности метафизических претензий редукционизма
и перенесению центра тяжести на гипотетико-дедуктивные модели строения науки,
хотя инициаторами последних был не он, а Гемпель и Поппер. Вместе с тем они
способствовали замене первоначальных принципов верификации, конвенционализма и
физикализма «ослабленными» их интерпретациями, что в плане эволюции взглядов
самого Карнапа до некоторой степени означало поворот к действительному
материализму.

Последнее выразилось в
отказе от отожествления истинности и проверяемости (а значит, в признании
независимости главных гносеологических предикатов от операций субъекта), в
ограниченности поля действия когерентной концепции истинности, то есть в отказе
от трактовки истинности исключительно как взаимосогласованности предложений, а
также в сомнении насчет осуществимости догматической программы физикализма
применительно не только к социальным, но и к естественным наукам (это открыло
путь полезным исследованиям проблемы диспозиционных предикатов). Однако шаг в
сторону материализма оказался не свободен от двусмысленности, чем в
значительней мере была затушевана объективная научная значимость построений, а
в особенности самих исканий Карнапа как различных вариантов и этапов все более
полного фиксирования средствами символической логики особенностей структуры
современных теоретических знаний. Так, новая трактовка Карнапа конвенционализма
оказалась близкой к логическому прагматизму, а замена «позитивизма»
«либеральным эмпиризмом» означала, с точки зрения самого Карнапа, лишь
замещение крайнего редукционизма «ослабленным» физикализмом: «Как сторонники
эмпиризма мы требуем …чтобы описательные предикаты и, следовательно,
синтетические предложения не принимались, пока не будет установлена их связь с
возможными наблюдениями».

Позитивистское
недоверие Карнапа к материализму, как философской теории, получило
подтверждение в его статье «Эмпиризм, семантика и онтология», хотя в работе
«Методологический характер научных понятий», где он отбросил многие,
характерные для Венского кружка, упрощения в толковании критерия осмысленности
(в применении уже к теоретическим терминам, а не к высказываниям), Карнап опять
высказался в пользу существования «ненаблюдаемых сущностей». Непонимание
диалектики процесса познания по сей день мешает Карнапу выйти из противоречий
эклектического соединения позитивизма с тенденцией естественнонаучного
материализма, свойственных философскому мышлению Карнапа на протяжении трех
последних десятилетий.

Список используемой
литературы

1. 
Нарский
И.С. , Современный позитивизм, 1961

2. 
Колубовский
Я., Материалы для истории философии в России, 1890

Метки:
Автор: 

Опубликовать комментарий