1ff0217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 329 330 331 332 333 334 335 336 337 338 339 340 341 342 343 344 345 346 347 348 349 350 351 352 353 354 355 356 357 358 359 360 361 362 363 364 ... » Последняя»
0 HTTP/1.1 200 OK Date: Sat, 17 Oct 2026 12:14:08 GMT Server: Apache X-Pingback: https://hram-evenkya.ru/xmlrpc.php Link: ; rel="https://api.w.org/" Link: ; rel=shortlink Keep-Alive: timeout=5, max=99 Connection: Keep-Alive Transfer-Encoding: chunked Content-Type: text/html; charset=UTF-8 1ffe Храм знаний: » Символ и миф: к проблеме генезиса

Символ и миф: к проблеме генезиса

Дата: 12.01.2016 3306

		

А. Чех

И
вот, есть последние, которые будут первыми, и есть первые, которые будут
последними.

Лк.
13.30

1.
Введение. Взаимообусловленное сосуществования мифа и символа в устной и
письменной традиции культур, сильно разнесённых по времени и местоположению,
давно привлекал к себе внимание. В славянских языках этот феномен уже в XIX
веке был тщательно изучен в знаменитом трёхтомном труде А. Н. Афанасьева; а
затем в работах А. А. Потебни, А. Н. Веселовского и других учёных школы Ф. И.
Буслаева приобрёл классическую завершённость изложения.

Один
из важнейших выводов, сделанных А. А. Потебнёй на основании достигнутого к тому
моменту уровня развития литературы, сводился к ясному разграничению между
мифическим и поэтическим мышлением: «Каков бы ни был, в частности, способ
перехода от образа к значению (то есть по способу ли, называемому синекдохой
или по метонимии, метафоре), сознание может относиться к образу двояко: или так,
что образ считается объективным и потому целиком переносится в значение и
служит основанием для дальнейших заключений о свойствах означаемого; или так,
что образ рассматривается лишь как субъективное средство для перехода к
значению и ни для каких дальнейших заключений не служит. Первый способ мышления
называем мифическим (а произведения его мифами в обширном смысле), а второй —
собственно поэтическим. Этот второй состоит в различении относительно
субъективного и относительно объективного содержания мысли. Он выделяет научное
мышление, тогда как при господстве первого собственно научное мышление
невозможно.» [1]

Этот
небольшой отрывок выражает две существенные характеристики взаимодействия
мифологического начала с остальными культурными составляющими на конец XIX
века. Во-первых, поэтическое сознание, как и вообще художественное, получили
вполне автономный статус; во-вторых, в этом сопоставлении поэтическое
сближается даже с научным сознанием. Мифологическое мышление как таковое
оказалось в известной изоляции, сохраняя своё влияние разве что в
простонародной среде, мало затронутой просвещением, культурным и научным. Как
сказано в известном стихотворении К. К. Случевского (написанном примерно в то
время):

…Отвечает гора голосам облаков,

Каждый камень становится жив…

Неподвижен один только — старец веков —

В той горе схоронившийся Миф.

Он в кольчуге сидит, волосами оброс,

Он от солнца в ту гору бежал —

И желает, и ждёт, чтобы прежний хаос

На земле, как бывало, настал…

Метки:
Автор: 

Опубликовать комментарий


353e
0